Министр обороны Пит Хегсетх выступает на ежегодной выставке и собрании Ассоциации армии США 2026 года в Вашингтоне, округ Колумбия, 14 октября.
Неясно, будет ли прямая трансляция публичной казни человека, ответственного за нападение в Форт-Худе, как министр обороны Пит Хегсетх заявил в конце прошлой недели. На вопрос об этом во вторник президент Трамп сказал: «Мы это рассматриваем», а вице-президент Дж. Д. Вэнс заявил, что не станет этого смотреть, что породило сомнения в том, состоится ли трансляция.
Но независимо от того, будет ли казнь публичной, некоторые религиозные исследователи опасаются, что ущерб уже нанесён. «Думаю, одна из самых тревожных частей этого развития событий в том, что… это сдвигает границы допустимого», — сказала Джули Ингерсолл, профессор религии Университета Северной Флориды, специализирующаяся на религиозных правых и христианском реконструкционизме. «Просто произнести это вслух сдвигает границу».
Трамп утвердил первую со времен Второй мировой войны казнь через расстрел армии. Почему именно сейчас? Последний раз правительство США проводило публичную казнь 90 лет назад. Но министр обороны Пит Хегсетх предположил, что прямая трансляция казни Нидаля Хасана расстрельной командой отпугнёт будущих возможных нападавших. Хасан, бывший майор армии США и насильственный исламский экстремист, в 2009 году убил 13 человек и ранил 32 человека в нападении в Форт-Худе. Его исполнение приговора назначено на 3 декабря.
«Мы позаботимся о том, чтобы люди могли… смотреть, чтобы это было публично, потому что людям нужно понять, что… за такие вещи наступают серьёзные последствия», — сказал Хегсетх в интервью Real America’s Voice, правому сетевому стриминговому сервису.
Для Ингерсолл и некоторых других религиозных исследователей продвижение Хегсетом идеи, которая в значительной степени вышла из моды в американском обществе, тесно связано с его религиозным прошлым. Хегсетх связан с Общением реформатских евангельских церквей (Communion of Reformed Evangelical Churches, CREC), чьё руководство идентифицирует себя как христианские националисты, представляет теономическую Америку, в которой женщины лишены права голоса, и защищает институт рабства.
«Это экстремальные идеи и экстремальные лидеры, и я не вижу лучшего способа это сформулировать, кроме как отметить, что Пит Хегсетх — религиозный экстремист», — сказал Мэтью Тейлор, приглашённый учёный Центра веры и справедливости при Джорджтаунском университете. «Он придерживается взглядов, которые сильно выходят за рамки мейнстрима. Он пытается внедрить эти идеи в структуре вооружённых сил США, в Пентагоне».
Почти «единодушное одобрение» смертной казни в CREC
Заявление Хегсета о трансляции казни вызвало отвращение и осуждение со стороны некоторых религиозных лидеров и политиков. Архиепископ Тимоти Броджлио, который отвечает за католиков в вооружённых силах США, выступил с заявлением, выражающим несогласие с предложением, и поручил любым католикам, которых могут назначить в расстрельную команду, просить освобождения от участия. Тейлор сказал, что считает идею Хегсета «крайней позицией в пределах американского христианства», включая, по его словам, правое христианство.
Но Ингерсолл утверждает, что в церкви Хегсета это вовсе не маргинальная позиция. «Религиозное сообщество, из которого происходит Хегсетх, весьма комфортно, скажем так, с идеей смертной казни. Там практически единодушное одобрение», — сказала Ингерсолл. «Преступления, о которых говорится в Еврейской Библии или Ветхом Завете и которые влекли смертную казнь, они понимают как по-прежнему заслуживающие смерти. Поэтому казнь, и даже публичная казнь, во многом является частью того, как они видят наказание за преступления в целом».
Но некоторые также задаются вопросом, не связана ли религия Хасана отчасти с предложением о публичной казни, которое для многих американцев отвратительно. «Вопрос в том, почему с ним обращаются иначе, чем с другими до него? — сказал Джошуа Салам, президент Ассоциации мусульманских капелланов. — И ответ, который большинство людей из моего сообщества дадут, заключается в том, что это как-то связано с его религиозными убеждениями, с его религиозной идентичностью».
Действительно, по словам Ингерсолл, цель CREC по установлению христианского правления и, по-видимому, враждебное отношение самого Хегсета к исламу являются ключевыми факторами в этой дискуссии. «Я думаю, он видит себя вовлечённым в битву от имени Бога против неверных», — сказала она.
Когда Хегсета выдвигали на должность главы Пентагона, его татуировки привлекли национальное внимание. В то время у него были татуировки Иерусалимского креста и фразы «Deus Vult» на теле. Позже он также добавил другую татуировку арабской вязью со словом, означающим «неверный». Тейлор сказал, что всё это, вместе с его авторством книги под названием American Crusade, указывает на определённую мировоззренческую линию. «Хегсетх, если не найти более точного выражения, одержим Крестовыми походами», — сказал Тейлор.
Цели CREC и доминционизм
В контексте целей CREC эта история цивилизационной конфронтации между западным христианством и исламом приобретает особое значение, отметила Ингерсолл. «Есть идеализация христианского мира средневекового периода», — сказала она. «Поскольку это было христианское общество, это был теократический мир, который они желали построить. Так что многое из того, что кажется средневековым взглядом, на самом деле таковым и является».
Сегодня, по словам Ингерсолл, часто используемый для описания этого проекта термин — «доминционизм». Это концепция, выходящая за рамки CREC и охватывающая другие направления в движении христианского национализма. Она утверждает, что христиане имеют библейское предписание навязать свою форму религиозного управления всем аспектам общества. В США беспокойство по поводу роста христианского национализма за последнее десятилетие в значительной степени сосредоточено на фундаментальном конфликте между доминионизмом и американскими принципами инклюзивной демократии.
Кампания министра обороны Хегсета
Возможно, одним из наиболее тревожных аспектов обсуждения вокруг трансляции казни, по словам Тейлора, является возможность того, что Хегсетх использует вооружённые силы США в достижении своих личных религиозных целей. «То, что Хегсетх пытается сделать, — это консолидировать армию вокруг определённой идеологии — идеологии христианского национализма, идеологии христианского превосходства, идеологии западного превосходства, которая также имеет расовые оттенки, патриархальные и мизогинные оттенки и анти-ЛГБТК-оттенки», — сказал он.
NPR обратилась в Пентагон за комментарием, но к моменту публикации ответа не получила. Однако идея возрождения публичных казней фактически обсуждалась и в более мейнстримных правых кругах, помимо CREC. В подкасте 2024 года покойный правый активист Чарли Кёрк высказался в её пользу, сказав: «Это должно быть публично, это должно быть быстро, это должно транслироваться». Кёрк даже предположил, что крупные корпорации могли бы спонсировать трансляцию казней, чтобы собрать деньги в государственную казну.
«Часть того, что лежит в основе христианского национализма и коалиций, которые христианские националисты создают с… «тех-бро» и «подкаст-бро» и всем этим миром, — это интерес к провокации», — объяснила Ингерсолл. Название подкаста, где Кёрк выдвигал эти идеи, было «Thoughtcrime».
Даже если прямая трансляция казни Хасана не состоится, Тейлор сказал, что само предложение служит предупредительным сигналом о том, как кто-то в столь влиятельной позиции, как у Хегсета, может перенаправить правительство и общество в сторону того, что он называет экстремистскими целями. «Кто-то вроде Хегсета даёт им возможность протестировать некоторые из этих идей, воплотить их в более сжатые сроки и создать прецедент в американской культуре, в вооружённых силах США, для той окончательной картины, к которой они стремятся», — сказал Тейлор.
Среди всего обсуждения Салам подчеркнул, что важно также задуматься о возможном вреде, который публичные казни наносят моральному облику страны. «Это влияет на всех нас, когда нам приходится смотреть что-то подобное публично», — сказал он. «Это не нормально для нас продвигать такое для наших детей, для мужчин и женщин и членов сообщества, чтобы они это смотрели».
NPR не предлагает и не принимает деньги за освещение или интервью. Любой, кто делает такое предложение или запрос, не является сотрудником NPR и не представляет NPR.